В тонком платье белого шелка с тугим пурпурным поясом, без чулок и в красных туфельках, она стояла в дверях, одной рукой держась за ручку, а в другой сжимая красную сумочку.

Марк Рутвен опустил глаза на лежащий перед ним роман и перевернул страницу. И он, и его жена заговорили одновременно:

– Марк, я…

– Бренда, дорогая…

– Да? – осведомилась она, вскидывая голову так, словно собиралась убрать назад волосы.

– Если ты идешь к Кэролайн Кент, не затруднит ли тебя пройти немного дальше и передать книгу мисс Лестрейндж?

Пока Марк говорил, серые глаза Бренды с черными зрачками и сияющими белками рассеянно бродили по комнате. Внезапно они уставились на Марка.

– Роз Лестрейндж? – переспросила она. – В самом деле? Этой ужасной женщине?

Ее муж вскинул брови.

– Не самый лучший отзыв о ближнем, не так ли?

– При чем тут ближние! Я даже не знала, что ты с ней встречаешься.

– Да. Я ее знаю. Что же до сплетен…

– Да меня совершенно не волнует ее моральный облик, – засмеялась Бренда. – Так что там о книге?

По лицу Марка скользнула тень раздражения. У него слегка дрогнули пальцы.

– Сегодня утром я встретил мисс Лестрейндж на Колледж-авеню. Она хотела одолжить у меня экземпляр «Армадейл».

– Вот оно что! А ты не мог бы ей сам занести книгу?

– Конечно. Могу сделать это завтра. Прости, что попробовал обеспокоить тебя.

Что-то заискрило в пространстве между ними. Бренда, собравшаяся уходить, снова повернулась:

– Послушай, Марк. Я понимаю, о многом надо было бы расспросить. Но тут вокруг происходит что-то ужасное, и оно имеет отношение к этой Лестрейндж. Тебя очень огорчит, если мы не будем иметь с ней ничего общего, не будем даже звонить или одалживать ей книги?

Марк Рутвен, профессор кафедры английской литературы Куин-колледжа, вскинул голову.

– Ты хоть отдаешь себе отчет, Бренда, чего ты требуешь? Понимаешь ли вообще?